«Нет органа – нет проблем» уходит в прошлое: хирург из Казани рассказал о новых подходах

Желчнокаменная болезнь — один из самых частых диагнозов на УЗИ. Десятилетиями классическая хирургия диктовала жесткое правило: есть камни — удаляй пузырь целиком.

Но сегодня медицина шагнула вперед: хирурги начали проводить уникальные операции по удалению камней с сохранением самого органа. Почему медицинское сообщество разделилось на два лагеря, как проходит операция по спасению желчного пузыря и чем грозит его полное удаление?

В программе «7 дней +» хирург высшей категории Роман Ахметзянов рассказал Светлане Кадыровой о новых подходах, противопоказаниях и мифах о «желчной ярости».

— Роман Марсович, десятилетиями в классической хирургии господствовало правило: есть камни — нужно удалять орган. Сегодня все больше акцента на органо-сохраняющие операции. Как вы, классический хирург, относитесь к таким нововведениям? Почему вообще спорят медики?

— Мировое сообщество и наше российское общество хирургов долгое время было за полное удаление желчного пузыря. Логика проста: нет органа — нет проблем. Есть риски повторного образования камней и послеоперационные осложнения. Не каждый человек согласен повторно оперироваться.

— Но с недавних пор тенденция шагнула к тому, что мы делаем удаление только камней с сохранением органа. Идет большое развитие гастроэнтерологии, проходит много форумов, и врачи говорят о важности сохранения функций организма. Пациентки начинают активно искать информацию, консультироваться у терапевтов и думать, как им сохранить орган. И, в связи с этим появилась такая тенденция.

— То есть решение принимается исходя из желания пациента?

— Нет, мы не просто прислушиваемся к желаниям. Есть очень много градаций. Пациентка приходит к нам с готовыми анализами и УЗИ. Мы разговариваем, объясняем все риски: что камни могут образоваться вновь, что в послеоперационном периоде желчный пузырь может воспалиться и придется делать повторную операцию. Но если пациент настроен на сохранение и нет медицинских противопоказаний, мы идем на это.

— Как вообще происходит эта процедура?

— Мы проводим небольшой разрез над пупком, вставляем камеру и смотрим на поверхность желчного пузыря. Если она физиологической окраски, нет предпосылок к удалению, мы продолжаем. Вставляем дополнительные порты, делаем тонкой иголкой маленький прокол и смотрим характер желчи. Желчь бывает темная, застойная, а иной раз бывает нормальный пузырь, а внутри гной.

— Гной — это полное противопоказание к сохранению, только удаление. Если желчь нормального, желтого цвета, без хлопьев, мы делаем небольшой разрез над пузырем, удаляем все камни, промываем его и вставляем камеру, чтобы посмотреть наружные и внутренние стенки. Если стенка не физиологична, есть изменения — это тоже ведет к удалению. Но если все три фактора в норме, мы удаляем камни и зашиваем желчный пузырь.

— К каким последствиям может привести полное удаление желчного пузыря?

— Желчный пузырь является резервуаром желчи. Печень ее вырабатывает, и при приеме жирной пищи организм понимает, что нужно сделать сброс, чтобы жиры растворились. При полном удалении организм делает этот сброс постепенно. Реабилитация проходит где-то полгода. При этом возможна диарея, периодические боли.

— У ряда пациентов возникает постхолецистэктомический синдром. Основной симптом — тянущая постоянная боль в правом подреберье, которая не дает покоя. Пациенты мучаются от полугода до года, подключаются гастроэнтерологи, и в крайних редких случаях это приводит к повторным оперативным вмешательствам.

— А когда органосохраняющая операция категорически противопоказана?

— Первое — воспаленный желчный пузырь. Второе — техническая невозможность. Например, к пузырю припаялась часть большого сальника, тонкого или толстого кишечника. Был спаечный процесс, пузырь сморщен, мы не можем восстановить его физиологический состав. Из моей практики: из 100 случаев, когда пациентки хотели сохранить пузырь, удалить орган и полностью его убрать пришлось около 3-4 пациентам. В остальном шансы на сохранение очень высоки.

— Главная претензия критиков: вы боретесь со следствием, а не с причиной. Камни вырастут вновь?

— Если человек ведет правильный образ жизни, принимает препараты, проходит осмотры гастроэнтерологов, то риск рецидива можно свести к минимуму, до 1% из 100%. На данный момент в нашей практике, а это около ста операций, не было повторных рецидивов образования камней. Все пациентки под контролем, у всех есть обратная связь.

— Расскажите про современный подход к самой операции и восстановлению. Правда, что сейчас не бреют и не делают клизмы?

— Да, мы относимся к хирургии одного дня, быстрой хирургии. Мы ни в коем случае не бреем пациенток, все обрабатывается триммером. Упрощенная подготовка: нет никаких клизм, есть специальный препарат для очищения ЖКТ. Используем растворы для более раннего заживления и меньшей боли в проколах. Мы стараемся не накладывать повязок, зашиваем так, чтобы не было подтеканий. Пациенты сами обрабатывают швы.

— Бывает, что люди восстанавливаются два-три часа. У меня был случай: поступила молодая женщина, трое суток после родов, у нее ущемилась пупочная грыжа. Я прооперировал, закончил в три утра. А в пять утра она уже стоит с сумками и просит выписать ее, потому что ей важен ребенок, болевого синдрома нет.

— И еще один интересный вопрос: правда ли, что желчнокаменная болезнь — это «женское» заболевание? И откуда поговорка «брызгал желчью от ярости»?

— В 70-80-90-х годах это считалось женской болезнью. Пациентки молодые, тучные, любят покушать. У мужчин это встречалось редко, их длительно лечили, делали большие разрезы. Сейчас статистика примерно 60 на 40 в пользу женщин. Но мужчины просто больше работают, меньше уделяют внимания здоровью. Пока у него капитально не заболит, не «стрельнет», он не готов к операции. А поговорка про ярость пошла от того, что при сильном возбуждении все сократительные свойства организма сокращаются, происходит большой выброс желчи. Так что поговорки просто так не появляются.

Напомним, информирование населения о способах предотвращения заболеваний проводится в рамках нацпроекта «Продолжительная и активная жизнь».