«Татарстан тушит вейпы»: что изменится для курильщиков и бизнеса после ухода «сладкого дыма»

Об этом говорят со школьной скамьи, кричат плакаты антитабачной рекламы, мрачно предупреждают надписи на сигаретных пачках. Но десятилетия идут, а меняется лишь облик смертельной привычки. На смену обычной сигарете пришла электронная — она же парогенератор, она же вейп.

Маска другая, капкан тот же. Пахнет лучше — манго, клубникой, бананом, — а итог один: тяжелейшие ожоги, изъеденные легкие, оборванная жизнь, отметил автор и ведущий программы «7 дней» Ильшат Аминов.

Он отметил, что «модная отрава» лежит на прилавках совершенно открыто, подмигивает яркой упаковкой. И самое страшное — эти электронные убийцы все чаще оказываются в детских руках. Закон черным по белому запрещает продажу вейпов несовершеннолетним, но кого это останавливает. А счет отравлений по стране тикает неумолимо, как секундомер у реаниматолога.

В Татарстане в поселке городского типа Алексеевское в сентябре на школьном уроке скоропостижно скончался подросток. Следствие выяснило, что незадолго до смерти на перемене школьник выкурил сигарету и электронную сигарету со сверстниками, может быть, из-за этого сердце остановилось.

Ученые только начинают изучать влияние ядовитого пара электронных сигарет на организм. Многое еще непонятно. На минувшей неделе в Госсовете Татарстана прозвучал звонок, который вейп-индустрия не могла не услышать.

Депутаты в первом чтении проголосовали за запрет. С 1 марта 2027 года электронные сигареты в республике исчезнут с легальных прилавков на пять лет. В полном соответствии с новым федеральным законом, который дал регионам такое право.

На чаше весов здоровье детей против миллиардных доходов с ароматным дымом — депутаты нашего парламента выбрали здоровье детей. Но устоит ли эта плотина под напором нелегального трафика? Или запретный плод станет еще слаще — и подростки ринутся в тень подпольных интернет-магазинов, где не спрашивают ни паспорт, ни возраст?

Журналист ТНВ Диляра Юсупова разбиралась, как «сладкий дым», дурманивший целое поколение, проиграл сухой медицинской статистике и государственному прагматизму.