Онлайн трансляция

Свернуть

Ильшат Рахимбай: «Реалии с интернет-платформой татарстанского кинематографа на самом деле достаточно плачевные – это утопия» - видео

Ильшат Рахимбай: «Реалии с интернет-платформой татарстанского кинематографа на самом деле достаточно плачевные – это утопия» - видео

https://tnv.ru

02 марта 2021, 09:00

1055

0

ТНВ представляет интервью с кинорежиссером, сценаристом и продюсером в рамках специального проекта «7 дней плюс».

Ильшат Рахимбай: «Реалии с интернет-платформой татарстанского кинематографа на самом деле достаточно плачевные – это утопия» - видео

В новом проекте на телеканале ТНВ почти ежедневно в будние дни будут выходить интервью с выдающимися татарскими учеными и экспертами.

Сорок вторым героем специального проекта стал кинорежиссер, сценарист и продюсер Ильшат Рахимбай. Он снимает короткометражки, мелодрамы и семейные фильмы. Среди его киноработ известны такие как «Гастарбайтер», «Кое что из дневника», «Imagine», «Апипа» и др.



В интервью корреспонденту ТНВ Рахимбай рассказал о культурном коде уходящего поколения и новом молодежном, об отсутствии мастеров в Татарстане, способных поднять киноиндустрию, а также о том, что значит для него «быть татарином».

«Пришла новая молодежь, новое поколение, оно более осознанное, они могут размышлять о каких-то других темах, не нужно думать как в 90-х, о том, как выжить, что поесть, не украдут ли у меня шапку перед театром Камала?»

- Как бы ты сам себя представил?

- Я бы себя представил... На нейробиологическом, психологическом или божественном?

- Ну, на этой планете меня зовут Ильшат Рахимбай, я человек Homo sapiens, я надеюсь. Оправдываю свое существование здесь, что касается профессии, на данный момент как раз таки метаморфозы происходят или может симбиоз между кинорежиссером и продюсером потому, что в сфере и последних событий, будущих событий все-таки сейчас приходит понимание, что продюсирование оно немного, еще шире, чем режиссирование, намного шире. В понимании того, как ты влияешь на мир, как ты можешь держать под контролем эту работу поэтому, наверное, можно добавить продюсера еще.

- Вы любитель эпатажа?

- Ну, я бы так не говорил, но можете так считать.

- Ну, думаю, что не вся зрительская аудитория примет образ кинорежиссера, тем более кинорежиссера, который работает с с татарским национальным кино. Соцсети до сих пор бурлят после вашего нового ролика «Гаилә» про татарскую семью и мир будущего. Почему на ваш взгляд это шокировало людей и вызвало общественный резонанс?

- Удивительно, наверное, я должен был это рассчитать, но все-таки расчета на такое внимание не было. Я понимал, что есть элемент вирусовости, но то, что это так задело многих… Огромное количество репостов и просмотров. Для меня это наверное где-то, колокольчик прозвенел, что эта тема все-так трогает людей и это была попытка поговорить на эту тему на простом уровне. Я понял, что люди склонны все-таки задумываться о таких вещах, а для меня это новый пласт, новая плоскость для того, чтобы задуматься над проблемой еще глубже.

- Если бы этот ролик вышел 5 лет назад, как думаете была бы какая-то реакция или это было незамеченно и набрало 5 лайков?

- Нет, я думаю, что если бы мы сняли в таком же качестве ролик 5 лет назад, то тогда было бы еще больше внимания, я так думаю. Потому что в то время такое качество ценилось бы больше.

- Если говорить о качестве, а если говорить о содержании?

- Если говорить о содержании, то, по моему мнению, эффект был бы таким же.

- То есть, вы не считаете, что именно сейчас идет какой-то взлет, такой как в 90-х рост национального самосознания, интерес к национальной самоидентичности?

- Думаю, есть такое. Время, несомненно, разрушает какие-то элементы пространства, народности, языка, культуры. Ну, то есть, люди уходят, моим дедушкам и бабушкам уже по 90 лет, с каждым годом культурный код, который несли они становится все меньше. И, возможно, за последние 5 лет как раз-таки произошли изменения. На самом деле есть какая-то машина или люди, которые считывают, насколько процентов пропал язык, слова. И на основе этого пришла новая молодежь, новое поколение, оно более осознанное, они могут размышлять о каких-то других темах, не нужно думать как в 90-х, о том как выжить, что поесть, не украдут ли у меня шапку перед театром Камала? И сейчас есть возможность не думать об инстинктивных вещах. Произошел какой-то момент осознания, что мы приходим к той точке и есть возможность что-то где-то спасти, поймать.

- Но когда приходят новые люди, как правило, они меняют все. Вот в этой ситуации, как сейчас, модно ли для вас слово «плеяда»? Что с собой возьмет новая татарская интеллигенция?

- Вопрос в том, каким образом переконвертируется весь этот код, который сохранялся в той форме, у тех Homo Sapiens, которые были до нас. Мы сейчас идем, уже, наверное, просекли, к новому виду, там к Homo Sapiens Cybernetics и этого не избежать. То есть, мы уже вошли в эту эру. И в какой форме сохранится этот код, и вообще сохранится ли там культурный код? Вот в чем вопрос! Это новая молодежь и новая плеяда. Наверное, мы должны разговаривать об этом. Я уверен, что, те песни, слова, стихи, танцы, орнаменты, сила, которую они имели на тот момент, они не сохранятся в той форме и не будут проникать в нашу жизнь в той форме, в которой вникали у наших дедушек и бабушек и не будут приносить ту силу. Не пропускать чужих существ через окна, именно поэтому там стоят орнаменты. Мы уже работаем с другими видами энергии, мы переосмыслили и переделали все эти эгрегоры уже совсем под другие структуры. Религия та же самая. Она сыграла мощную роль в татарском мире даже в XIX, начале XX века. Мы сейчас этого не можем сказать, что религия играет такую роль. То есть, происходит переметаморфоза. Ее можно почувствовать, увидеть. И сейчас нужно разговаривать уже о новой эре. Не о том как сохранять, а о том, как переконвертировать и нужно ли переконвертировать? Для чего?

- Я представляю, как нас слушают телезрители и какую реакцию мы получаем, особенно поколение, ну, например, 50+ 55+.

- Да!

- Что бы вы могли сказать им, чтобы не напугать?

- Не напугать?

- Успокоить.

- Мы все умрем. Все равно. Все умрем на данный момент.

- Почему я воспринимаю это с улыбкой?

- Наше поколение, по крайней мере, умрет. А вот следующее поколение уже всерьез задумываются о том, как, например, скачать свое сознание в компьютер и сохранить его там. И люди всерьез, например ученый Тимоти Лири. Митио Каку они уже всерьез задумываются и на данный момент придумывают аппараты, которые могут сохранить сознание навсегда.

«У нас нет качественной киноиндустрии это 100%»

- Вернемся к национальному кинематографу…

- К прошлому.

- Это прошлое для вас? Национальный кинематограф?

- Пока нет.

- Что вы сегодня вкладываете в понятие национальный кинематограф и почему вы в нем видите будущее?

- На самом де, если говорить честно на языке профессионала, то нет никакой истины!

- Нет?

- Естественно! И, самое главное свойство реальности, про которое забывают все ученые. Какое?

- Какое?

- Реальность постоянно меняется. Это его свойство. И отсюда исходит все постулаты и все теории. Любой закон нужно рассматривать с точки зрения того, что он меняется. Это я к тому, что, да можно рассматривать вопрос про национальный кинематограф, так, как будто это понятие существует. А есть другая реальность, которая считает, что такого понятия не может существовать потому, что у кинематографа нет нации, нет языка. То есть, есть киноязык, который сам собой уже являет абсолютную истину в той матрице, в которой он существует.

- Вы сейчас пока где находитесь?

- Я стремлюсь к тому, чтобы язык кино, не язык на котором разговаривают актеры, был понят всеми людьми планеты вне зависимости от их рас, национальности, языков. То есть, кино должно нести на самом деле общечеловеские ценности. И он должен говорить о проблемах людей, в принципе, в рамках которого, могут существовать национальные проблемы. Поэтому упираться в то, что национальный язык может быть снят только на национальном языке, для меня это не является каким-то постулатом.

- Вы собирались создать интернет-платформу для просмотра всех работ татарстанского кинематографа. Задача еще стоит?

- Была такая идея, да.

- Это символическая плата за контент, в общем-то, достаточно модная идея. На какой стадии сейчас реализуется проект и насколько, как вы считаете, уже в этой ситуации как продюсер, эта интернет-платформа будет востребована?

- Реалии, на самом деле, они достаточно плачевные, это утопия!

- Это тупик?

- Это тупик, утопия. Потому что люди в Татарстане, которые так скажем, потребляют татарстанский продукт на данный момент не готова окупать эти фильмы. Может быть какое-то движение, но мы дальше эту стратегию еще не продумывали, как, например, туда привлекать зрителей.

- Вовлекать?

- Вовлекать и как оно может начать оборачивать деньги.

- Вы говорите, об плате, а готовы ли вообще смотреть кино? Что бы вы на эту интернет-платформу загрузили в первую очередь? Что бы мы там увидели?

- «Апипу».

- Лишь один фильм?

- Нет. «Апипа» в первую очередь мы загрузили бы потому, что на данный момент, я все-таки считаю, я не хвастаюсь, но я насмотренный по татарстанским фильмам. Это не такая сложная задача потому, что их не так много. На данный момент «Апипа» – единственный смотрибельный формат. Там есть юмор и по всем правилам понимание того, что это зрительский контент. У нас в Татарстане не хватает своего контента по всем пластам. У нас нет качественной киноиндустрии это 100%. У нас выделяется минимальное количество денег на производство фильмов.

- То есть, вы сейчас опять видите проблему в деньгах? Вы даже как-то раз объявляли сбор народных денег короткометражки «Представь».Это был тогда шаг отчаяния?

- Нет, это не шаг отчаяния. То есть, я в принципе, человек, который не старается ждать, что кто-то поднесет бюджет на блюдечке. Кино – это всегда индивидуальный проект, но должна существовать индустрия, кинокомиссия. Та же самая кинокомиссия, которая регулирует эти вопросы. То есть, авторы, я не говорю про студентов, но люди, которые старались, что-то создавали, доказали, что они дееспособны, и талантливы, чтобы создать хорошее кино! Для того, чтобы они могли расти дальше и создавать более глубокие, качественные вещи и дать больше.

- Финансирования нет?

- Финансирование есть.

- Есть?

- Есть, но оно настолько минимальное, что не позволяет прокрутиться этой индустрии, где люди, не думая о деньгах, просто могли легко заняться творчеством, не уходя в рекламу…

- Вы разговариваете как классический кинорежиссер Татарстанского кинематографа, который говорит: «А мне не дают денег, поэтому я не снимаю нормального кино!».

- Я на самом деле ловлю вибрации кинематографической общины Татарстана. Про себя я никогда не стал бы жаловаться, что у меня что-то не получается. В Татарстане все двери пока открыты, люди открытые, министр культуры – самый открытый человек. Я не вижу никаких преград для того, чтобы биться, но этот вопрос не должен касаться одного-двух людей. Когда мы говорим про индустрию и про то, что нужно изменить культурный пласт на какой-то другой.

- Должна быть бесконечная ротация …

- Да! Должна быть ротация, очень емкая и понятная сумма, которая через очень адекватную комиссию и очень адекватных экспертов, распределяется адекватным, понятным творцам, которые и создают этот самый пласт!

«В Татарстане нет мастеров на том уровне, на котором нужно поднимать Татарстанское кино»

- Что сейчас нужно сделать?

- Кинокомиссия. Это очень важно!

- Кого необходимо включить в кинокомиссию?

- Всех. Всех адекватных, начиная с Союза кинематографистов, министерства, приглашения специалистов в этой области, у меня есть номера людей из Москвы, которые изучали как работают эти структуры, как они могут быть полезны и как могут совмещаться друг с другом.

- Ну, то есть, такая объективная кинокомиссия?

- Да, все мы друг друга знаем, создается конкурс, все это представляется. На самом деле, проект кинокомиссии уже есть, он уже создается, просто нужно об этом говорить. Об этом должны знать люди, которые принимают решения. Важность этого и вклады, которые придут через 5, 10, 15 лет. Это нужно осознанно понимать и нужно принимать соответствующие решения.

- Как вы считаете, вы пройдете через эту кинокомиссию? Насколько вы понятны, если условно, кинокомиссия это фокус-группа.

- Нет!

- Нет? Ну, все равно, это группа…

- Вы не совсем меня поняли. Кинокомиссия это не группа, это орган, который управляет всеми процессами.

- Финансовыми и так далее?

- И среди них есть эксперты комиссии. Это всего лишь комиссия.

- Ну, все равно они должны понимать, во что это превратится, либо они вкладывают это как в благотворительность, в создание определенного национального кино, которое будет популяризировать, пропагандировать, развивать, сохранять и так далее. Либо они должны понимать, что это кино завоюет широкую аудиторию. Вы считаете, что ваше кино завоюет широкую аудиторию и будет действительно популярно? Исполнит ли эту цель и задачу?

- Выбор за нами на самом деле. То есть, зная какие реалии сейчас в киноиндустрии, мы понимаем, что естественно, мы не можем догнать Голливуд. Создавать супергеройские фильмы, которые будут захватывать все кинотеатры мира, естественно, нет. Не о таких объемах идет речь, но тем не менее, мы видим молодых авторов, тех же европейских, которые создают жанровые кино в стиле хоррор, триллер и комедию. Очень локальных, малобюджетных и на этом и делают индустрию.

- А у нас не так? 

- Нужна почва.

- А что для этой почвы нужно? Чем ее удобрять?

- На этой почве нужно вылечить какие-то менталитетные убеждения. Очень много на самом деле психологических и творческих пластов, которые задерживают эту энергию. Эту почву нам еще нужно закладывать. Время на то, чтобы мы вылечились через те же самые фильмы, через проживание каких-то болезней. Ну, как сделал, например, Александр Сакуров? Он по своему желанию поехал в Нальчик, собрал там свой курс из кинематографистов, 5 лет не выпускал их из мастерской. Люди переосмыслили эту фактуру, истории, которые там уже жили, через призму хорошей мастерской. И вот мы, Кантемир, который захватил и Оскара в шорт-листе побыл, и в Каннах два раза участвовал. О нем говорит весь мир, он уже снимает сериалы и об этом говорят.

- Вам есть кого собрать? Вообще сегодня есть проблема, хорошо, денег нет, условно…

- Деньги есть на самом деле!

- Есть ли актеры? Особенно, говорящие на татарском языке. Есть ли те люди, которых как Сакуров можно собрать, накрутить, создать и выдать продукт, который в дальнейшем будет определять развитие национального кинематографа?

- Есть люди как Сакуров, но для того, чтобы они приехали сюда, чтобы создали здесь мастерскую, посвятили 5 лет своей жизни в Казани…

- А вы эту миссию сами не хотите взять на себя? Если вы об этом говорите.

- Ну, я думаю, что я далеко еще не тот, кто смог бы открыть свою мастерскую.

- А есть вариант?

- Я, мне нужен мастер. В Татарстане нет мастеров. На том уровне, на котором нужно поднимать Татарстанское кино, чтобы никто не обиделся. У нас здесь куча фактуры, куча историй. То есть, когда люди начинают слышать, понимать…

- Это одно большое кино?

- Да! Вся наша история, все эти истории, куча менталитетных проблем, из этого можно вытаскивать кучу интересного. Просто нужно собрать.

- Что для вас значит быть татарином?

- Быть татарином для меня – это иметь свой уникальный взгляд на мир и выстраивать свое уникальное отношение с реальностью, если вы понимаете, о чем я. Мой код, который в пространстве сделал меня таким, сделал мои мысли такими, мои слова такими, мой язык которым я разговариваю со своей дочкой – эти слова формируют мое отношение к миру, реальности, к богу, к людям. И в один момент, я начинаю понимать, что такое отношение формируется не только через татарский язык или понимание татарской культуры, но и через понимание корней, через прослушивание качественной, хорошей музыки. Я могу выстраивать отношения через русскую культуру потому, что я разговариваю на русском, речевые обороты формируют иное отношение, я могу через английский видеть мир немного другим, ощущать по-другому людей. Я понимаю, что я богатый человек посредством того, что я знаю нескольких языков и я очень рад, что мой родной язык татарский, он сформировал мое отношение к реальности, и поэтому, наверное, я понимаю ценность, важность того, насколько важно его сохранять наравне с другими языками. Просто ты становишься свободнее, богаче внутренне и внешне. Ты становишься увереннее в себе. Это то, что нам сейчас так необходимо!



Смотрите также интервью с выдающимися татарскими учеными и экспертами, выходившими ранее:

Римма Бикмухаметова: «Вместо того, чтобы выпускать татарские справочники и толстенные книги, лучше снять обалденное кино» - видео

Ильгиз Шайхразиев: «Детям нужно объяснять, что это твой родной татарский язык, заложить зернышко, и оно прорастет» - видео

Гульсина Закирзянова: «Если мы хотим воспитать любовь детей к своей родине, то надо воспитывать через язык» - видео

Марат Лотфуллин: «Человек, не владеющий родным языком, не считается образованным человеком» - видео


Комментарии 0

Аватар