«Я продолжила его дело»: дочь Габдельфата Сафина — о кино и традициях

Аделя Рахимова — не только талантливый молодой режиссер, но и дочь знаменитого татарского певца Габдельфата Сафина. Оказывается, тяга к документальному кино у нее в крови.

В программе «Семь дней плюс» на ТНВ Аделя Рахимова рассказала, почему не стала идти по стопам отца на эстрадную сцену, как выбирала имя для собственного сына и почему сегодня так важно не давать детям имена, ориентируясь лишь на то, как они звучат по-русски.

— Аделя, раскроем еще один секрет. Вы ведь дочь знаменитого певца Габдельфата Сафина. Почему не пошли по стопам отца?

— Вы знаете, я, кстати, недавно об этом задумалась. Ведь мой папа тоже снимал документальные фильмы о известных татарских деятелях, которые незаслуженно были забыты как-то в процессе своей жизни. Цикл фильмов назывался «Яралы язмышлар». И я подумала, что на самом деле я не могу сказать, что я куда-то далеко ушла от родителей. Действительно, мой папа занимался этим. И оказалось, что я тоже продолжила именно эту деятельность.

— А как родители оценили вашу работу? Наверняка они первыми смотрели ее.

— Они посмотрели так же, как все зрители во время премьеры. Я максимально пыталась сделать им сюрприз. Я не хотела, чтобы они видели это на компьютере, через телефон. Хотела все-таки на большом экране, чтобы они это увидели. Отзывы были хорошие. Папа поделился своими мыслями на эту тему, потому что там освещается тема татарских имен. В фильме прозвучала мысль у одной девушки-героини, что она будет стараться давать имена, которые хорошо звучат на русском языке. А у нас есть такие красивые имена татарские, старинные.

— И вот он поделился своим мнением, что не нужно думать о том, как это будет звучать на русском. Нужно продолжать давать имена своим детям именно на старинно-татарском языке. Они действительно красивые, но, может быть, немножко грубовато звучат просто на русском. И мама тоже была впечатлена, она расплакалась. В фильме очень много трогательных моментов. Поэтому только положительные отзывы от своих родителей, поддержку я почувствовала.

— Скажите, а действительно ли имя имеет важное значение в жизни человека? Вот вы своих детей как назвали?

— Мы назвали своего сына Искандер. Вот тоже интересный момент. В детстве, когда я была маленькая, у родителей был виниловый диск, может быть, кассета Ильхама Шакирова. Там была песня «Искәндәр бей». И когда родителей не было дома, я любила включать эту песню на полную громкость. И представляла себя волной. И вот так вот качалась и танцевала. Там есть такие строчки про Искандера.

— Вот я не знаю, может быть, это как-то мне запомнилось, и в нужный момент потом это как-то поднялось у меня. Но у нас был список, конечно, с мужем, все имена были татарские, старинные. И вот ближе к сроку мы поняли, что вот это имя — оно не объяснимо, мы прям почувствовали, что вот это красивое имя. И насколько мне известно, есть произведение с этим именем, где главный герой — Искандер. То есть это имя как-то неразрывно связано с татарской культурой. Поэтому мы, мне кажется, выбрали это имя.

— Вы воспитывались в татарской семье. Насколько важно сегодня татарским семьям передавать культуру, любовь к родному языку своим детям? И работаете ли вы сегодня над этим?

— Да, раньше я об этом не задумывалась. У нас в семье было принято говорить на татарском. Я помню, мой братишка, даже когда пошел в школу, он не знал русского. Вот настолько это все было. А сейчас, конечно же, я замечаю, у меня у сына язык открылся на татарском языке. Но, наверное, мультфильмы на русском языке как-то… Он незаметно для меня перешел на русский язык и полностью перешел. И, конечно, мы сейчас ведем работу с ним. То есть по мере возможности мы стараемся говорить на татарском. Он ходит в школу с татарским уклоном.

— И, конечно, это важно. Сейчас я понимаю, что это важно сохранять традиции, ритуалы. Очень важно передавать это детям, как будто бы через них я как будто больше узнаю о себе самой. И это очень интересный процесс. И, конечно, если я раньше не понимала, может, даже косо смотрела на людей, которые фанатично относятся, говорят детям своим «читай на татарском», «слушай татарский», теперь я начинаю их понимать, это удивительно. То есть я начинаю превращаться в такого человека в какой-то степени. Ну, что радует сейчас: я вижу, как даже в социальных сетях развивается тема татарского языка, как год от года больше татарских блогеров, которые ведут контент именно на татарском языке, качественный контент преподносят. Поэтому мне от этого только радостно.

— Аделя, какие у вас планы на будущее? Что хотите еще снять? Какие еще обряды хотите показать?

— Я думаю, что через пару годиков я бы продолжила этот цикл фильмов. Сейчас мы снимали ритуал рождения, именно наречения. Дальше я бы хотела попробовать раскрыть тему отношений между мужчиной и женщиной, показать ритуал никаха. Он только у мусульман. Поэтому вот хотелось бы окунуться вот в эту же тему. Тоже, мне кажется, актуальная тема для нас.

— Но что самое интересное, ведь со временем меняются и эти ритуалы. Смысл, зерно остается, а антураж меняется. Сейчас очень много свадеб проходит в кафе, не в домах уже. А 10 лет назад мы даже подумать не могли о кафе, только дома. Как документалист, наверное, просто хочется отразить сейчас сегодняшнюю действительность. И найти, конечно же, разные вариации. То есть, возможно, кто-то из героев будет в деревнях, где что-то свое еще осталось. Это же не строгий ритуал, это традиция собираться. Поэтому, возможно, мы обнаружим какие-то новые формы около самого ритуала.